Psychologi.net.ru

 


Будь в курсе!

загрузка...

 

Топ 10 самых популярных книг

Владимир Леви "Искусство быть собой "

Владимир Леви "Травматология любви"

Андрей Курпатов, Татьяна Девятова "Мифы большого города с доктором Курпатовым"

Курпатов А. "С неврозом по жизни."

Андрей Курпатов "Семейное счастье"

Андрей Ильичев "Главный рецепт женской неотразимости"

Гущина "Мужчина и методы его дрессировки"

Эрик Берн "Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных"

Игорь Вагин, Антонина Глущай "Основной инстинкт: психология интимных отношений"


 

 

Реальный выбор

 

— Как показать эти альтернативы? Когда я разго­вариваю с людьми, недовольными своей жизнью, то предлагаю разные варианты выхода из сложных обстоятельств: можно сделать вот так, можно на­чать с этого... И только сейчас, после вашего расска­за, поняла, что некоторых вот эти предложенные альтернативы не устраивают в принципе: «И так не нравится, и так плохо, не хочу». Вот в чем дело.
— Боюсь, что в этой ситуации вы не можете ничего. Поэтому я вам и говорю, что наш главный миф — это вопрос о справедливости, а главная проблема — отсут­ствие ответственности за свою собственную жизнь.
Такому человеку кто-то должен предложить что-то такое, что ему понравится. «Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и бесплатно покажет кино»... То, что для этого перелета вертолета необходим бензин, да и кино еще, собственно говоря, нужно снять, а это дело затратное, плюс не обойтись и без денег на аренду кино­зала, — это все у него в голове как-то не укладывается.
Вы даете человеку шанс, делаете предложение, со­общаете альтернативы, а дальше это уже вопрос его личной ответственности, его выбора — пользоваться или нет. Но если он выбирает «нет», а вы обращаетесь к нему со следующим предложением, то создаете ситуацию, когда он начинает думать, что проблема не в нем, а в волшебниках — просто пока не те волшебники прилетают, но в какой-то момент обязательно налетит тот, который нужен. И продолжает сидеть ровно, ждать счастья «сверху».
Вы совершенно правильно сформулировали: проб­лема в том, что человеку не нравится такая альтернатива. Но вы не можете предложить ему другую! Значит, это проблема его выбора, а не вашего предложения. В любой альтернативе есть «да» и «нет», а третьего не дано. Ну вы же не можете родить ему его другую жизнь! Это вопрос его ответственности. А у нас ее нет! О нас должны позаботиться, нам должны платить зарплату, нам все всё должны! Вопрос — кто, почему и за счет каких средств?
Нам «должны», например, бесплатную медицинскую помощь. А я вообще не понимаю смысл этого словосо­четания — «бесплатная медицинская помощь». Ее не существует в природе—этой «бесплатной медицинской помощи». Кто-то за эту помощь все равно платит. Для того, чтобы обеспечить медицинскую помощь, необходимы врачи, которые обучены, а на образование нужны деньги, потому как никто не будет их просто так обучать, им нужно платить зарплату, потому что, есть клятва Гиппократа или нет этой клятвы, им на что-то надо жить. Необходимы медикаменты, которые нужно еще изобрести, исследовать, начать произво­дить; лаборатории, научные центры, заводы и так да­лее. Нужно, кроме того, построить медицинские учрежде­ния, где будет вестись прием больных, а на это тоже, как ни странно, нужны деньги: на стройматериалы и зарплату рабочим, далее — на оборудование, которое должно быть закуплено. Электричество, вода, отопле­ние и так далее. На все это требуются деньги. Меди­цина в принципе не может быть бесплатной. Это во­обще — очень дорогое удовольствие!
И когда государство говорит: «бесплатная медицин­ская помощь» — оно неправильно формулирует свою позицию, вводит людей в заблуждение. Государство способно оплатить своим гражданам определенный объ­ем медицинской помощи и определенное ее качество. Насколько богато, настолько и способно. В конце кон­цов, богатство государства — это не какие-то секрет­ные тумбочки с деньгами, это наш ВВП (внутренний валовой продукт), производителем которого мы с ва­ми и являемся. Если же вы хотите получить медицин­скую помощь в большем объеме и лучшего качества, государство, к сожалению, помочь вам не может. Даль­ше только из своего кармана. Помереть от аппенди­цита государство вам, конечно, не даст, но вот пересад­ку сердца вряд ли обеспечит. «Скорая помощь» — это пожалуйста, потом еще чуть-чуть, а дальше — «думайте сами, решайте сами — иметь или не иметь». И еще го­сударство сказало: «Понимаете, мы не хотим эпиде­мий, мы не хотим сонма сумасшедших на улице, по­этому мы без страха и упрека оплатим борьбу с инфек­ционными болезнями и психиатров в больницах. Ну еще что-нибудь по акушерству-гинекологии — мы за­интересованы в детях». И привет...
Конечно, совсем не в духе нашей беседы обвинять какие-то внешние силы и обстоятельства во всех смерт­ных грехах. Но все же, на мой взгляд, наше государст­во не только не борется с этими массовыми заблужде­ниями наподобие «бесплатной медицинской помощи», но только закрепляет их в сознании своих граждан. «Бесплатная медицинская помощь», «бесплатное сред­нее и высшее образование» — все эти казусы речи не дают разглядеть, как обстоят дела на самом деле - «Откуда дровишки?»
Если бы вся эта механика финансирования «бес­платных» мероприятий государством озвучивалась, если бы об этом говорили открыто, внятно и честно, то, возможно, многие люди давно задумались бы о том, что пора уже кончать болеть хроническим детством. У нас же никто не думает толком ни о своем здоровье, ни о своем образе жизни, ни о профилактике болезней. Есть, правда, отдельные индивиды, которые мочу пьют для подъема жизненного тонуса. Но это, простите ме­ня, ни к медицине, ни к здоровью никакого серьезно­го касательства не имеет.

Я понимаю, что сейчас Андрей говорит о том, что «наболело» у него, ведь он сам врач. А я вспоми­наю об одной женщине из нашего подъезда, которая на скамейке у дома болтала с другими старушками только на эту тему про бесплатную медицинскую помощь. И все время возмущалась то ей ана­лизы бесплатные не делают, то за рентген деньги требуют, то бесплатного лекарства в ближайшей аптеке нет. Потом я от соседей узнала, что эта женщина за всю свою жизнь не проработала ни од­ного дня. То есть не отдала ни одной копейки госу­дарству на обустройство этой самой «бесплатной» медицинской помощи. Ну почему люди, которые меньше всего имеют прав на что-то условно бес­платное, громче всех на это претендуют?
А вот мысль о том, что наше государство «опро­стоволосилось», ошиблось в терминологии и это по­влекло за собой сумятицу в мозгах, была для меня новой и показалась очень мудрой. Обязательно надо после выхода книги из печати послать ее в Кремльпрезиденту и правительству. Авось да поможем род­ному государству определиться с формулировками.
Знал бы Андрей об этих моих мыслях государ­ственного масштаба... Впрочем, то, что я уже ви­таю в облаках, он заметил и вернул меня на землю, то есть к моей проблеме.

— Но вернемся к вашей ситуации. Я думаю, что здесь очень важно понять одну вещь. Вы можете вхо­дить в положение других людей, помогать им. Но во­прос в том, насколько они сами готовы принимать ре­альные выборы жизни? Если они их не принимают — это их священное право! А вы с этим спорите! Пони­маете, Татьяна, вы спорите с их священным правом вы­брать «нет». Вы не можете заставить другого человека быть богатым, знаменитым и счастливым. И еще — вы не имеете на это права. Это нарушение его личного жизненного пространства. Вы ему вменяете некие аль­тернативы, которые его не интересуют. И это его лич­ное право — выбрать другую жизнь.
То, что такой человек говорит, что хочет работать и зарабатывать, но при этом ничего не делает,—это обыч­ное дело. Это ведь просто высказывание — «я хочу, что­бы лето не кончалось». Речь, вообще говоря, — это за­частую лишь некий буфер между мной и реальностью — способ «заболтать» реальность. А реально, по факту, этот человек выбрал себе другую жизнь — без работы и соответственно без зарплаты. И это его священное пра­во — ее выбрать, такую жизнь. И лишь столкнувшись с ней нос к носу, и только ощутив, что она — такая жизнь — никуда не годится и ему не подходит, он ска­жет: «О-о! Я, конечно, всех вас тут ненавижу, но, ви­димо, я все-таки буду делать то-то и то-то, потому как надо». Вот та точка на экспоненте его мировоззрен­ческих трансформаций, когда, наконец, у него появ­ляется реальный шанс на новую жизнь.
А вы рассуждаете о нем как о ребенке, в вашем голо­се звучит интонация опеки. Но он взрослый человек.
Если речь идет о нашем ребенке, то тут все понят­но: мы действительно определяем его жизнь, весь гра­фик его существования. Весь. В 14 лет, например, пас­порт у гражданина есть, а вот жениться он может еще только с согласия родителей. Мы определяем в жиз­ни своего ребенка абсолютно все, это вопрос нашей личной ответственности. Но после того, как он стано­вится совершеннолетним, он имеет право с 21 года пить водку, курить и заниматься вообще чем угодно. Даже преступления совершать, за что, впрочем, будет наказан государством. Наступает время его священ­ных прав и священных обязанностей, но обязаннос­тей не перед «дядей», а перед самим собой, ведь речь идет о его собственной жизни, о том, как она сложит­ся. И он или почувствует, что дело серьезное, или не почувствует, продолжая пребывать в своей инфан­тильности — настолько, насколько его хватит. Стоит ли потакать этому делу? Сомневаюсь. Искренне.
И что же делать дальше в ситуации, когда все твои попытки помочь другому человеку не оберну­лись ничем?
— Знаете, многие люди занимаются подобным бес­полезным инвестированием своих родственников, близ­ких и знакомых. Те в свою очередь проявляют чудеса балбесности. И потом доктор должен ответить на во­прос: помогать им дальше или не помогать? А что я на это отвечу? Ну, во-первых, вы должны понять, что это вопрос вашего личного решения. Я не могу вам сказать: инвестируйте в кого-нибудь или не инвестируйте. Про­сто инвестирование может быть эффективным, а мо­жет быть неэффективным. И надо понять, с каким именно видом инвестирования вы имеете дело в дан­ном конкретном случае. Если вы готовы помогать сво­им близким, не рассчитывая на результат, просто ска­жите себе, что готовы инвестироваться в убыточный проект. Это нормальная ситуация, когда состоятельный человек инвестирует свои средства в дело, которое ему дорого, но никогда не принесет дохода.
В этом нет ничего чрезвычайного, но главное — вы не будете больше внутренне винить своих близких за то, что они не ценят ваших усилий и плевали на те воз­можности, которые вы им предоставили. Ситуация пе­рестает быть для такого спонсора эмоционально-дра­матичной, он просто назначает кому-то определенную пенсию, и все на этом. Каждый российский гражда­нин имеет право начислять пенсию кому бы то ни было. Но он — этот гражданин — должен понимать, что в данном случае он не дает деньги «в рост», а платит пособие и не ждать от другого человека ни благодар­ности, ни творческих успехов, ни сверхъестественно­го уровня социального развития. Нет. Вы просто пла­тите пенсию, а он ее проедает, поскольку не воспри­нимает ее как инвестиционный капитал. Но это — Ва­те личное решение, а то — его личное решение. И это, кстати, довольно частая ситуация, особенно по отно­шению успешных родителей к своим непутевым великовозрастным чадам.
Это то, что я думаю по данному частному вопросу. А в более общем смысле я думаю вот что: мы должны научиться говорить о наших проблемах со справед­ливостью и ответственностью (именно в такой спай­ке) открыто и спокойно. Вообще у меня большая про­сьба: давайте все об этом говорить. Нас же много — тех, кто так думает! А гражданское общество, кото­рое есть по сути своей огромная сила, рождается толь­ко в тот момент, когда люди начинают говорить. Да­вайте скорее становиться таким обществом, говорить об ответственности каждого за свою собственную жизнь вне зависимости от исторических обстоятельств, по­литических систем и экономической ситуации, со­здавая тем самым общественное мнение, которое в свою очередь поможет нам настроить самих себя.
Впрочем, на тему общества и общественного мне­ния Татьяна, насколько я понимаю, собирается «допро­сить» меня для отдельной главы книги.

Признаюсь честно. После этого первого интервью я чувствовала себя очень несчастной. Тихо вышла из Клиники Андрея Курпатова на Тав­рической, свернула на Суворовский, тоскливо посмотрела на Смольный собор и побрела в противоположном направ­лении, напряженно вглядываясь в лица прохожих в поисках утраченной иллюзии.
Слишком неожиданным получился поворот сюжета и слишком грустными и горькими в пер­вый момент показались мне откровения этого разговора. Потихоньку приходило осознание того, что я наломала кучу дров, напоролась на классический сюжет «Благими намерениями...»и вовремя не узнала классику. Вместо доброго дела получилось бог знает что. Как говорится, причи­нила добро и нанесла непоправимую пользу..
А ведь многие «добрые» дела в своей жизни я делала по сходному сценарию. Это значит, что часть моей жизни была потрачена бездарно. Да, с такими мыслями впору развернуться и галопом нестись обратно на прием к психотерапевту — с приступом острой депрессии.
Потом в памяти начали всплывать другие сю­жеты из прошлого. Как я сама искренне думала, что в злоключениях моих близких виновато государство, как списывала свои неудачи на обстоятельства, как возмущалась несправедливостью гаишников в ситуации, когда явно сама была виновата, как уповала на авось, как проклинала чиновников потому лишь, что сама небрежно заполнила документы, как надеялась на выигрыш в лотерею, как пыталась переложить ответственность за семейные проблемы на супруга, как обвиняла во всех смертных грехах начальника... Да, всего несколько лет назад у меня еще были начальники. И решение уйти с наемной работы и отправиться в свободное плавание, стать предпри­нимателем и открыть Свое дело далось мне ох как нелегко. А если совсем честно — долго и тяжело. Слишком много рабского в себе пришлось найти и выкинуть, слишком много неоправданных и абсурдных ожиданий выбить из головы. Пото­му что с такими установками никакое дело не может быть успешным в принципе.
Теперь я думаю по-другому, действую по-дру­гому, смотрю на мир совсем по-другому, не жду милостей от природы и тем более от, страшно сказать, государства. Хоть и отношусь к нему с симпатией. Ничего себе у нас государство, не блеск, конечно, но не хуже, чем у некоторых. Стараются, как могут.
И ведь этот сдвиг в мировоззрении произошел не в одночасье, не за миг. Так чего же я жду от других?! Глупо. Но эта же мысль меня и вдохновила. Значит, не все потеряно! Если я смогла из­мениться, перестать обвинять обстоятельства, страну и других людей в своих проблемах, значит, и другим в общем не заказано. Только у них будет свой особый путь — по траектории и по длительности. И здесь мой номер не шестнадцатый, конечно, но явно не первый.
А ведь были и в моей жизни люди и ситуации, которые вовремя подсказывали мне правильные вещи, но многое я «услышала» только спустя время. Хорошо, что самые близкие люди, самые лучшие друзья не ленились это все мне многократно повторять, все ждали — когда дойдет. Дошло.
Значит, это все-таки очень важно — говорить. Даже несмотря на то, что пока тебя не слышат. Повторять, не уставая и, главное,— не отчаиваясь!
Если вы родитель и ваш ребенок-переросток никак не может повзрослеть — не отчаивайтесь. Говорите с ним чаще и честнее.
Если вы начальник и ваши подчиненные готовы найти самые невероятные оправдания для пло­хо сделанной работы — терпеливо повторяйте. Но не больше одного раза. Шутка.
Если близкие вам люди углубились в поиски виновных в зигзагах своей непутевой биографии - будьте рядом и попробуйте своими словами рассказать о том, что прочли только что. Если, конечно, вы согласны с поставленным диагнозом. А если не поймут с первого раза — по­вторите.
Повторю и я главные выводы этой главной главы:
— Самый главный миф россиянина—миф о Высшей справедливости. Которой нет.
— Самый главный должник человека — он сам.
— Если уж без слова «справедливость» жить непривычно и скучно - давайте договоримся по-взрослому, кто кому чего должен и что ему за это будет. Это называется общественным договором.
- Человека «лечат» обстоятельства. Которые можно создать.
- Главное - не перепутать и не соорудить сво­им близким лазарет, в котором так приятно нахо­диться, что выписываться не хочется.
Ну и, конечно, надо как-то научиться не толь­ко думать, но и внятно говорить о том, что ты думаешь. Говорить честно, но деликатно, искрен­не, но уважительно. А эта задачка посложнее ос­тальных будет...

<<<< содержание >>>>

 

 


главная | карта сайта | контакты | © 2007-2015 psychologi.net.ru