Psychologi.net.ru

 


Будь в курсе!

загрузка...

 

Топ 10 самых популярных книг

Владимир Леви "Искусство быть собой "

Владимир Леви "Травматология любви"

Андрей Курпатов, Татьяна Девятова "Мифы большого города с доктором Курпатовым"

Курпатов А. "С неврозом по жизни."

Андрей Курпатов "Семейное счастье"

Андрей Ильичев "Главный рецепт женской неотразимости"

Гущина "Мужчина и методы его дрессировки"

Эрик Берн "Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных"

Игорь Вагин, Антонина Глущай "Основной инстинкт: психология интимных отношений"


 

 

МАГИЧЕСКАЯ ЦИФРА «СЕМЬ»

 

Типичный сюжет: жила себе пара, проглотила в про­мышленных объемах соль, проспала рядом дюжину полярных ночей. Вдруг — гром средь ясного неба:
измена, разрыв, развод. В процессе катаклизма выяс­няется, что возле дышал и двигался совершенно посто­ронний человек, терра инкогнито, мистер Икс из одно­именной оперетты Кальмана, а вовсе не гражданин ________________ (ф., и., о. проставь сама),
которого знаешь как облупленного от киля до клоти­ка: какой температуры и крепости чай предпочитает, в какое время суток и на сколько запирается в избе читальне гальюна, куда прячет заначки. И пойдут охи да ахи: а моего-то словно подменили — откуда что взялось и куда девалось?.. А ведь и впрямь подменили и еще раз подменят немного погодя. Взгляни-ка на эту таблицу (высота планки, семьдесят лет, — не мой произвол. Это библейский срок, от­пущенный человеку на земле. Все, что свыше,— уже милость Божья):


Возраст

Социально-половой статус

до 7 лет

дитя

с 7 до 14

мальчик

с 14 до 21

юноша

с 21 до 28

парень

с 28 до 35

мужчина молодой

с 35 до 42

мужчина как таковой

с 42 до 49

мужчина зрелый

с 49 до 56

мужчина солидный

с 56 до 63

мужчина в возрасте

с 63 до 70

мужчина пожилой

Итак, каждые семь лет начинается и заканчивается новый виток. Внутри его миллиметр за миллиметром по крупицам накапливаются изменения. А на финиш­ной прямой срабатывает закон диалектики: скачок — и количество переходит в качество. Вот ковыряет носком ботинка талый снег и несет какую-то околесицу неловкий подросток — щелк! — и юный жаркий муж слизывает капельку пота, упавшую с его лба на твою грудь — щелк! — и самонадеянный любовник после трудов праведных стряхивает пепел десертной сигаре­ты в блюдце, установленное на диафрагме — щелк! — и рядом скептик с олегянковским прищуром — щелк! — ив кресле у телевизора вальяжный зимний кот — щелк! — ив зеркале прихожей лысеющий плей-бой, трясущийся над останками потенции, как игрок над последним жетоном — щелк! — и у твоих ног комиссионная рухлядь, наконец-то оценившая прелес­ти домашнего очага.
Не подвержены изменениям лишь данные метрики, отпечатки пальцев и форма ушей. Любовные же вкусы нестойки, как отечественные духи, и та, от которой дуреет неоперенный юнец, не похожа на ту, о которой грезит потрепанный старец. Спрогнозировать типажи, в которые на том или ином этапе воплотится их идеал, а тем более составить универсальный систематический каталог я не берусь. Это зависит от сочетания тысячи условий: ранняя женитьба, хроническое холостячество, триумф или провал сексуального дебюта, приветы от Эдипа, гастрономические пристрастия, «случайный ок­рик, дегтя запах свежий» — все значимо, все влияет, и песчинка и глыба. Принцип калейдоскопа: набор стекляшек один, а узоры, что ни поворот, разные. Ну и замечательно, что на все наши виды и подвиды существуют охотники. Но вернемся к магической циф­ре «семь». Какие можно сделать выводы из ее су­ществования?
Держи дистанцию! Когда предмет приближен  вплотную, различаются дефекты поверхности, а цель­ный образ теряется. Оболочка с зубной щеткой или вилкой в руке имеет такое же отношение к спрятанной в ней личности, как рентгеновский снимок грудной клетки Мерилин Монро к ее легендарному бюсту. Поэтому, хоть изредка, отстраняйся на такое расстоя­ние, которое позволяет увидеть друг друга, а не кож­ный эпителий. Скажем, провоцируй ситуации, способ­ные выбить из привычной колеи, заставить действо­вать человека, а не функцию.
Свой день рожденья одна моя знакомая отметила... в магазине элитарного белья. В назначенный час отчас­ти информированный муж ждал ее за рулем авто у подъезда. Она выпорхнула из дверей, запахнутая в шубку и в вечерних туфельках. В примерочной каби­не скинула мех на руки ошарашенного мужа, и оказа­лось, что праздничный наряд состоит из ажурных чу­лок на ногах и серебряной цепочки на шее. В зале тусовался народ, жужжал кассовый аппарат, щебетали отполированные капиталистическим наждаком про­давщицы. В соседние кабины вплывали дамы, оттуда доносились возня, шорох, шелест, высовывалась голая рука с чем-то совершенно грешным, гипюровым: де­вушка, а есть такие же, но без крыльев? Какой-то гражданин, потрясенный мимолетным виденьем, яв­ленным ему в щель занавеса, приклеился к полу, но муж полоснул по нему кинжальным взором горца, и вуаерист испарился.
К третьему комплекту джигит расслабился и вошел во вкус: с глянцевой обложки зеркал манила, ему улыбалась утянутая в средневековые корсеты, закутан­ная в пенные пеньюары, в бордельных кружевах, в нимфеточной комбинации галлюцинация не галлюци­нация (пощупал объемное изображение— шевельну­лось, откликнулось — не галлюцинация). Магазинного ассортимента хватило на двухчасовое стриптиз-шоу. Сумма на чеке вдвое превышала начальный спонсор-ский замысел. Обратную дорогу машина одолела с хайвейной скоростью. Утром подруга без сожаления мечтательно спустила батистовые обрывки в мусоро­провод. Засыпая, муж пообещал возместить нанесен­ный ущерб. И возместил.
Другая не дрогнувшей рукой обезглавила дачный розарий, ее возлюбленное детище, предмет неусыпных забот и треволнений. От автостоянки до дома она шла против обыкновения пешком в утраченном в век спидо­метра и секундной стрелки облачном темпе, и не было ни одного прохожего, который не задержал бы удив­ленный взгляд на пурпурной охапке и ее обладательни­це. И гордом спутнике. Дома она зажгла в ванной свечи, легла в воду и из-под опущенных ресниц наблю­дала, как из пальцев мужа слетали на воду стаи карми­новых бабочек, покрывая собой акваторию, преобра­жая отечественного сантехнического монстра в культо­вую купальню, откуда выходят матовые жрицы, не стряхивая с тела закатные раковины, чтобы отдаться на леопардовых шкурах отчаянным смельчакам.
Третья уговорила мужа сделать у профессиональ­ного фотографа цикл фотографий ню. И когда он в течение нескольких вечеров наблюдал из-за плеча художника за моделью — в его зрачках блуждали те самые флибустьерские огни.
Что придумаешь ты? А кто ж его знает! Фанта­зируй сама.

За год до и год после нового рубежа будь начеку. Это не означает, что необходимо нанимать сыскного агента, приковывать его (мужа, разумеется, а не детектива) к ба­тарее парового отопления, доводить до белого каления ночными допросами. Это прямой путь на любом отрез­ке: тебе — к психиатру, ему — в чужие объятия. Просто почаще смотри в зеркало, в его глаза и (на цыпочках) в записную книжку. Кстати, перемены в почерке — вер­ный симптом каких-то внутренних процессов.
Сама веди дневник юного натуралиста, лаконич­ный, но емкий: время вечернего возвращения, круг чтения, внезапные хобби, необычные суждения, нюан­сы отношения к тебе в дружеских компаниях, график интимного общения. Когда записи обретут календар­ную весомость, их анализ может одарить тебя неожи­данными откровениями.
Лучше, если возраст избранника в момент встречи или заключения брачного союза будет совпадать с фи­нальной или стартовой фазой витка. Для подстрахов­ки. Твоему-то сколько годков?
Тысячный миновал. Как христианству на Руси.
Это как?
А у него что ни юбка — новый виток.
Сочувствую...

<<<< содержание >>>>

 

 


главная | карта сайта | контакты | © 2007-2015 psychologi.net.ru